LEPEL.BY
 
  Статьи о Лепеле  



Глава 13. Сад Динамо


19. 06. 2008.


  Незадолго до начала Великой Отечественной войны в Лепеле открыл двери новый очаг культуры «Сад-Динамо». Общеизвестный бренд «Динамо» указывал на принадлежность места отдыха к НКВД. Органы внутренних дел имели свои земли. Им принадлежал почти весь квартал вдоль улиц К.Маркса, Интернациональной и Советской. Вся эта площадь была обнесена высоким забором. Часть территории примыкавшей к тюрьме, стала местом отдыха молодежи. Конечно, были в городе и другие, подходящие для этой цели места, например, старый базар (ныне Парк культуры и отдыха) или парк водников. Что побудило НКВД отдать свою землю под сад одному Богу известно. Чем они там занимались до открытия летнего сада можно только догадываться. Во всяком случае, не прогулками зэков. Хотя и возможны были разминки в один конец…

  Само открытие летнего сада явилось для молодежи неожиданным подарком. Нежданно-негаданно рядом с «Пятачком» на ул. К. Маркса появилась в заборе арка, вверху которой полукругом большими красными буквами было написано «Сад-Динамо». Рядом с аркой — окошко-касса. Вовнутрь вела широкая дорожка, посыпанная битым кирпичом. Справой стороны была крытая эстрада со скамейками для публики перед ней. Тут же — дощатая танцплощадка. Дорожки сада были обсажены кустиками сирени, жасмина и жимолости. В центре — клумба цветов. Вдали, у дальних стен, виднелся мостик через канаву и задние двери тюрьмы. Весь вечер играл военный духовой оркестр. Публика, гуляя по дорожкам, далеко заходить опасалась, так как там рос дикий кустарник и не было света.

  Вечера проводились по выходным дням и праздникам. Начинались они с лекции или доклада, которые читали обычно политработники из военгородка. Навсегда запомнился доклад «Об освобождении Западной Белоруссии». Речь шла о бестолковых поляках, которые бросались на танки с шашками наголо и о местном населении, радостно встречавшем своих освободителей-красноармейцев. Это теперь известны все подробности той войны, а тогда слушал народ все это, затаив дыхание. Кульминацией доклада стал рассказ о том, что теперь Польша разделена на две части между Советским Союзом и Германией, и что теперь она, как государство, навсегда стерта с карты мира! Уподобляясь фокуснику, докладчик театральным жестом достал из нагрудного кармана гимнастерки карту. Развернул, показал, что это — карта Польши, а затем разорвал ее на мелкие клочки и выбросил в мусорный ящик. Публика разразилась громкими аплодисментами.

  Во второй части вечера шло исполнение патриотических песен. Молодой солдат, поставленным голосом, исполнил песню «Трактористы». «Мы железным конем все поля обойдем, соберем и посеем и вспашем. Наша поступь сильна и врагу никогда не гулять по республикам нашим». Никто не думал тогда, что вскоре все выйдет как раз наоборот. Молодежь, хлопая в ладоши, просила спеть еще раз.

  Вышел второй военный певец и запел «Если завтра война, если завтра в поход, хоть сегодня к походу готовы: и линкоры пойдут, и пехота пойдет, и помчатся лихие тачанки». Так и плыла перед глазами вся эта армада, вселяя чувство гордости за свою страну и армию. Полная уверенность в своей непобедимой силе слышалась и в словах: «Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин и первый маршал (читай Ворошилов) в бой нас поведет».

  По окончании вечера я пришел домой, а дом — на замке. Пришлось залезать в сарай и спать на сеновале. Одолевал страх, вспомнился случай (говорили) как где-то шпион (они были в моде) на сеновале заколол вилами хозяина, чтобы тот не выдал его. При таких мыслях патриотизм куда-то исчез, остался один страх. Спас крепкий сон.

  Прошло не много времени, и началась Отечественная война. В Лепель пришли немцы. В здании бывшего райкома партии (угол улиц М. Горького и Советской) разместилось гестапо. В его ведении оказалась тюрьма и сад «Динамо».

  Морозным днем поздней осени 1941 г. Друг Петя и я шли бесцельно по улице Советской. Недалеко от Гестапо за забором послышались гулкие шаги кованых сапог. Любопытства ради прильнули к щели забора. И, о Боже! Прямо перед нами на мерзлой земле лежали головами к нам пятеро мужчин. Не успели хорошо рассмотреть их, как подошли два гестаповца и начали сапогами пинать их головы., проверяя факт смерти. По телу побежали мурашки, мы оттолкнулись от забора и молча вернулись домой.

На второй год оккупации под школу приспособили старый дом по ул. Советской. Рядом был пруд, что нас, детвору, очень радовало. Вода манила к себе. А через улицу, на земле бывшего сада «Динамо» строился новый деревянный дом, что нас очень печалило. Строил дом немецкий офицер. Он в городе основательно обустроился. Сошелся с красивой вдовой Пузановой и считал себя хозяином на этой земле. Немец был злой — рыжик. Сразу запретил нам ходить по тропе через его огород, проложенной с ул. К.Маркса на Советскую. За нарушение наказывал. Пришлось и мне испытать оплеуху тяжелой руки эсэсовца. Поскольку бывшая вотчина НКВД стала свободной зоной и немцы ею не интересовались, тропу протоптали в обход усадьбы фрица.

После освобождения Лепеля про сад «Динамо» никто не вспомнил. О нем основательно забыли. Для молодежи временно построили танцплощадку на углу ул. Пролетарской (Данукалова) и пл. Свободы, на месте сожженной в войну аптеки. Ожил и наш всеобщий любимец «Пятачок» — молодежь города внесла в его жизнь свежее дыхание времени.

Далеко позади осталась война. Шли мирные шестидесятые годы. Началось плановое строительство школы №3. Роя траншею на месте бывшего сада «Динамо» экскаватор неожиданно поднял на гора ковш человеческих костей. Тут же вспомнили о войне, человеческих жертвах и как водится, сразу нашли виновных — немцы. Фашисты не ангелы, но за короткий срок расстрелять и захоронить около одной тысячи человек (газета Л.К., 17.5.2005) они были просто не в состоянии. В 1943 г. немцы расстреляли евреев у Черноручья, открыты расстрельные ямы на еврейском кладбище (газета Л.К., 28.5.2005). Лично я с Петей в том же 1943 году стоял на доске расстрельной ямы у дороги на Баневский мост. Красноармейцев при отступлении из Лепеля не расстреливали, так как они ушли до прихода немцев. Павшие при освобождении Лепеля советские воины захоронены в общей могиле на привокзальной площади. Военнопленных немцы не хоронили, их просто прикапывали на месте гибели. В качестве возможных жертв остаются подпольщики и партизаны. С поля боя немцы партизан в Лепель хоронить не везли, им хватало и своих трупов, которых хоронили на двух немецких кладбищах. Остаются пленные партизаны и подпольщики. Схватить столько партизан и подпольщиков — слишком большая была бы честь для оккупантов. И это за каких-то полтора года с начала войны. Значит, кроме фашистов, были и другие заплечных дел мастера. Кто?

Иван Рисак

Просмотров: 4151


Ваше имя:


Сообщение:
  Введите сумму чисел: 4 + 1 =
  







Copyright © 2007 - 2017 — Леонид Огурцов

LEPEL.BY - Карта Лепеля

Пользовательское соглашение