LEPEL.BY
 
  Статьи о Лепеле  



Глава 7. Войну заканчивают дети.


08.04.2010


В начале пятидесятых годов появились в продаже первые велосипеды с маркой «Минск». Купил такую машину мой одноклассник Виталий Журида из деревни Юркова Стена. Теперь по утрам приезжал он в город на велосипеде. Оставлял его на день у меня в сарае, а сам шел в школу пешком. Мне он разрешал кататься, но только рядом с домом.

В один из теплых весенних дней шел я домой с надеждой погонять велик. Замысел мой удался, но лучше бы его не было вовсе. Стоило только повернуть на ул. Володарского как вдалеке стал слышен женский плач с причитаниями. Прибавил шагу. У дома Замковских стояли женщины и что- то обсуждали между собой. Подошел ближе и услышал страшную весть. Вовка Замковский подорвался на мине. Мать его, немного успокоившись, стала просить женщин помыть и одеть сыночка. Дело Божье ответили женщины, и пошли в дом. «Лёнечка еще ничего не знает, как бы сообщить ему?» — это уже мать моего друга обращалась ко мне. Я знал, где работает Леня и пообещал сходить за ним. Пешком идти далеко и тяжело подумал я. Лучше возьму велосипед и к приходу Витальки вернемся домой. Сказано-сделано. Велосипед хороший, стоило только приложить силы, и я буквально за полчаса оказался на берегу Белого озера. Здесь строился новый льнозавод. Лёня клал кирпичи на одной из его стенок. Я свистнул. Лёня увидел меня, сначала улыбнулся, а потом серьезно спросил: «Что случилось?» — «Слезай лучше и быстрее просись у мастера отпустить тебя. Домой надо ехать», — вместо ответа сказал я. Лёня слез и еще один раз переспросил: «Так что же все-таки случилось?» — «Беда у вас, дружище, — сказал я, — Вовка на мине подорвался». — «Эх, говорил же я вчера ему, чтобы в Боровку не ходил, так не послушался! Насмерть убило?» — опять спросил Лёня. — «Поверь, не знаю, в дом не заходил, но кто видел, говорили, что рана большая. Хватит! Что сейчас рассуждать, садись на раму, и поехали. Отцу и матери тяжко там». Я с силой нажал на педали, и мы помчались вперед через деревню Зеленку, вдоль военного городка, проехали новый мост и выскочили на ул. Володарского. Всю дорогу молчали. Только подъезжая к дому, я заговорил: «Застанем ли Вовку в живых? От такой раны, говорят, люди умирают». Лёня повернул голову ко мне и тихо произнес: «Ты, Янек, знал все, но промолчал там, на заводе». С глаз друга закапали крупные слезы, размазывая их по лицу, он больше не проронил ни одного слова.

У дома уже стоял Виталий в ожидании велосипеда. Взял он его и всем своим видом одобрил мой поступок.

Я зашел в дом. Володя лежал на столе в белой в полоску рубашке, ворот ее был расстегнут, как будто ему трудно дышать. Белое лицо с желтоватым оттенком, закрытые глаза и чуть приоткрытый рот напоминали собой только, что уснувшего отрока. Что это совсем не так, говорила небольшая, немного присохшая ранка на правом виске.

Все последние дни смерть ходила по стопам Володи. Дважды был он с двумя пацанами в военном городке «Боровка». В первый раз вернулись ни с чем. А вот вчера «повезло» — отыскали минометную мину. На второй день после школы пошли в поле за женскую купальню. Нашли подходящее место: продолговатую возвышенность рядом с речкой Уллой. Притащили туда охапку хвороста и разложили костер. Аккуратно положили наверх мину. Сами же спрятались за рядом стоящей горкой. Взрыва ждали долго. Кто-то из парней предложил даже идти и взять мину на потом.

По воле случая, время побежало вперед, когда Володя увидел невдалеке соседского парня Шаврака Валерку. Мысль, что Валерка может взять их мину заставила Вовку подхватиться и бежать к костру. Времени хватило ему только на то, чтобы голова поднялась выше возвышенности, а осколок от только что взорвавшейся мины оказался на одной линии с виском. Маленький кусочек железа сразил Вовку наповал. Ребята – соучастники взрыва испугались и побежали в разные стороны.

Валерка понял, что случилось, что-то неладное. Подошел к месту взрыва, увидел небольшую ямку вместо костра и Володю на возвышенности лицом вниз и головой к костру. Посмотрел Валерий на бездыханное тело и вместо того, чтобы идти в поле по своим делам, вернулся в город. От него все и узнали о трагедии на берегу реки Улы.

На второй день взяли мы снятую вечером мерку покойного, и пошли на льнозавод. Там Лёня попросил у директора Лопкиса помощи на похороны брата. Директор к просьбе своего рабочего отнесся с сочувствием. «Завод сделает гроб и даст лошадь отвезти покойного на кладбище», — сказал он. На третий день утром мы были на заводе. Запрягли нам лошадь, поставили гроб на телегу, и мы поехали в город. Дома оказалось, что гроб коротковатый. Пришлось мне отгибать заднюю стенку, чтобы влезли ноги. Похоронили Володю в березняке рядом с полуразрушенным блиндажом роновцев. Ярко светило весеннее солнце. Вокруг было тихо, даже грачи не кричали. Притаились они в своих гнездах, ожидая нового пополнения.

С кладбища участники похорон вернулись в дом помянуть рано ушедшего отрока. По белорусскому обычаю начали со сладкой кутьи из перловой крупы. Затем ели картофельные клецки с мясными душами и пили клюквенный кисель. Водки и других разносолов не было. Не то время и не тот достаток был в этой семье, где только-только появился молодой работник Леонид Васильевич.

Во время поминок, вспоминали разные случаи с трагическими концами.

Шушкевич Володя, отбывая рядовку, пас коров на «Окзинке». Пока стадо отдыхало, он в кустах наткнулся на не разорвавшийся снаряд. Для использования его в дело нужно было отвинтить головку. Из инструментов под рукой были камни. Ударил камнем по головке, чтобы отвинтить её, снаряд взорвался. Домой несли Володю на покрывале в разобранном виде.

Бородинец Костя — парень взрослый, старшеклассник, учился хорошо. Из любопытства стал разбирать немецкую гранату. При взрыве лишился кистей обеих рук.

Жерносек Вася — собирался глушить рыбу. Была шашка тола, был капсюль, но очень короткий бикфордов шнур. Поджег шнур, поднял вверх руку, чтобы бросить тол, а он взорвался. Остался без руки, глаза и уха, а лицо покрылось синими пятнами.

Новицкий Стась — остался без правой руки по той же причине, что и Жерносек.

Крятинский Эдик — разжег костер на мужской купальне. Хворост потух. Положил горсть лапшевидного длинного пороха и стал раздувать угли. Порох вспыхнул в один миг и опалил лицо на всю жизнь.

Баневский Чесь — катался с ребятами на дрезине от переезда на Волосовичи до бетонного моста. Случайно попал под дрезину и колесо отрезало пятку.

Теперь вот Володя Замковский продолжил этот печальный список. У всех было только одно желание, чтобы он стал в этом списке последним. Дай Бог.


Иван Рисак

Просмотров: 3472


Ваше имя:


Сообщение:
  Введите сумму чисел: 2 + 1 =
  


Александр: 09.02.2013 (21:44)
володя шушкевич брат мойго отца

иван: 10.02.2013 (15:33)
Володя был моим лепшим другом. Унего всегда были какие-то идеи, замыслы,придумки и всё дельные.Что написано про него в повести верно.Только в моем воображении младший был не брат,а сестра. значит забыл Дед всевед

Александр: 14.02.2013 (11:20)
батя с 38г.р. Отбивал долги за хату с18 до21 угольком Донбаса До старости не дожил, сильно кашлял похоронили в 68 рядом с братом. Тетя Валя с 41го увидела правнуков, ей досталось как бабушке Елизавете Никифоровне - сахарный диабет похоронили 71 в Борисове






Copyright © 2007 - 2017 — Леонид Огурцов

LEPEL.BY - Карта Лепеля

Пользовательское соглашение