УСТНАЯ ИСТОРИЯ. Народная столовка имени Захаренко


30. 04. 2014
Просмотров: 3 048
ВАЛАЦУГА (Валадар ШУШКЕВІЧ). Спецыяльна для LEPEL.BY.

На Лепельщине много исторических мест, которые никогда не войдут в её официальную историю, но заслуживают определённого внимания. На такой случай существует устная история, историческую память в которой фиксирует народная молва. А я её повторяю. В прошлый раз рассказал про Народный магазин Славина. Теперь вот взялся за не менее народную столовку имени Захаренко.

 

  Есть в Лепеле местность, которую называют Захаренко. Пользуется этим словом в основном старшее и среднее поколение. Молодёжь употребляет его реже, по примеру старших, не осознавая значения названия. Например, если нужно объяснить кому-то, как пройти в Железнодорожный посёлок, объясняющий говорит: надо идти вверх по улице Максима Горького, в конце её пересечь улицу Чуйкова, возле Захаренки (Захаренковой Столовки) перейти железнодорожные пути, за ними и будет посёлок. Но никакой столовой там и в помине нет. Так что же означает это народное название?

 Правильно нужно писать «столовая Захаренко», «возле Захаренко». Но в Беларуси так не говорят. Беларусам проще сказать и понятнее услышать словосочетание «Захарэнкава сталоўка», «каля Захарэнкі», тем более, что оканчивающиеся на букву «о» фамилии в беларускай мове склоняются: даже по-русски имя народного героя Лепельщины и Великого княжества Литовского пишется «СапегА», а не «СапегО», и склоняется. Буду придерживаться этого поистине народного правила.

 Итак, сначала покажу, где находилась Захаренкова столовка. Если с крайней тупиковой железнодорожной ветки посмотреть на магазин «Мебель» и улицу Максима Горького, то пустырь между смотрящим и улицей Чуйкова и будет местом бывшей Захаренковой столовки, а теперь являющийся городским урочищем Захаренкова Столовка или проще - Захаренка.

       

 А вот так смотрится пустое место, где стояла Захаренкова столовка с противоположной стороны - от края проезжей части улицы Чуйкова.

       

 А теперь посмотрим на пустырь со стороны магазина «Автозапчасти», что стоит перед сервисцентром «Запаска».

      

 Ну, и остаётся полюбоваться урочищем Захаренкова Столовка, став спиной к магазину «Санталина».

        

 От самой столовки остался только не успевший обрасти землёй верх кирпичного фундамента.

       

 Проваленное подполье находилось уже под жилой половиной здания.

       

История Захаренковой столовки от Николая Дубкевича, 1917 г.р.

 Ну, была столовка и шут с ней - делов-то. Ну, много раз пивал там дефицитное и, кстати, вкусное бочковое пиво, так это делало всё мужское население Лепельщины среднего и ниже сословия. В общем, история Захаренковой столовки меня не интересовала, пока в 1999 году случайно не пошёл на улицу Чапаева писать семейный портрет с типичной семьи Дубкевичей: Николая и Валентины. К ним как раз из Питера приехала погостить дочка Светлана. Тогда ещё плёночная «Смена-символ» запечатлела семейство в сборе.

       

 Во время интервью сразу обратил внимание на связь главы семейства с полюбившейся мне Захаренковой столовкой. Тогда узнал вот что.

 После войны уроженец Оршанщины Коля Дубкевич работал поваром на Оршанской пересылке (была такая при железке). В 1947 году начальник пересылки предложил ему стать заведующим новой столовой для железнодорожников, которая открывалась в Лепеле. Коля замялся, поскольку у него к тому времени завязалась тесная дружба с официанткой столовой Оршанского сельского профтехучилища Валей Шлейчковой. А начальник не дурак был, хороший человек, сразу оценил ситуацию и посоветовал забрать с собой буфетчицей подругу.

 Предложение заманчивым было. Повар становился начальником, вместе будет работать с любимой девушкой. Так оршанцы стали лепельчанами. Приехали в незнакомый город не с пустыми руками, а с вагоном продуктов. И сразу пожалели о переселении.

 Состояние Лепеля вызвало самый настоящий ужас. Всюду неимоверная бедность, совсем нет электричества. Люди до того оборваны, что в его родных Ходулах и Валиных Туминичах селяне в лучших довоенных обносках ходили. Но, как говорится, поезд ушёл, отказываться от назначения было поздно. Благо, хоть столовка была новая. С обратной стороны в здании железнодорожный вокзал размещался. Временно, поскольку в войну прежний, стоящий напротив примыкания улицы Вокзальной к Железнодорожной (теперь Лобанка и Чуйкова), сожгли партизаны. А зачем Лепелю столовка? Потому что повальный голод был. Врун, скажете, его в 1947 году уже не было. Я не буду доказывать обратное своими убеждениями, дабы не получить обвинение в предвзятости, а молча предъявлю два совершенно секретных документа.

        

        

 

        

        

 Теперь поверили? Вот поэтому-то и приняли большевистские власти решение построить при вокзале столовку.

 Поселились неподалёку, в хате Петра Судака, которая стояла на углу улиц Железнодорожной и Интернациональной. Неуютно было в чужом углу. Но, главное, не голодали. Да и смешно было бы, если б заведующий с буфетчицей поесть себе не выкроили в самими же открытой столовке. Но и старались работать, себя не жалея. Коля всеми правдами и неправдами выбивал продукты у Оршанского отдела ресторанов и столовых. Были они дёшевы, на готовку цены почти не накручивались, зарплату платили независимо от дохода столовки. Лепельчане толпами её посещали. Прельщала их не только вкусная и дешёвая пища, но и пиво с водкой да вином на розлив. Столовка стала для горожан местом культурного отдыха, посиделок, пунктом питания. Каждый где-то работал и получал зарплату, селяне привозили на базар что-то из сельхозпродукции, и никто на обратной дороге не проминал железнодорожную столовку. А кому нужно было в сторону Пышно или Старого Лепеля, специально круг делали, чтобы поесть и выпить в столовой.

 Но недолго Коля главенствовал в цивилизованном пище-питейном заведении. В 1948-м Коля перешёл поваром в военный санаторий. Его место занял впоследствии ставший легендарным Захаренко. Так что, по существу столовка должна была бы называться Дубкевичевой, а не Захаренковой - Коля же её открывал, развивал. Но его фамилией пищеблок почему-то не называли. Может потому, что Дубкевич возглавлял заведение недолго.

История Захаренковой столовки от Валентины Дубкевич, 1926 г.р.

 Но устная история-то не окончена. Как исчезала Захаренкова столовка? Нужно журналистское расследование. А к кому идти с расспросами? Снова к Дубкевичам? Но ведь теперь 2014 год, а Николай родился в 1917-м, Валентина - в 1926-м. Неуместным может оказаться мой визит. Да и в доме №87 могут быть уже другие хозяева. В общем, начал я приставать к знакомым бывшим работницам общепита с вопросом, знают ли кого из работников Захаренковой столовки. Случайно встретившаяся на пешеходной дорожке Светлана Дудкевич сообщила, что Валентина Дубкевич жива, здорова, даже овощи на базаре продаёт. Бегом мчусь на улицу Чапаева.

          

 Прихворала Валентина, но держится молодцом. Охотно пересказывает мне историю Захаренковой столовки. Здесь и далее в своём расследовании буду не повторяться, а только прибавлять новые штрихи к портрету легендарного пищеблока.

 Только сейчас узнал, что кормили сначала исключительно железнодорожников по списку, им же выдавали дефицитные продукты по карточкам. Лепельчанам доставались лишь разбавленный спирт, пиво бочковое да примитивная выпечка на закуску. Но и этому голодные люди были несказанно рады.

 Вскорости после ухода Коли перешла поваром в больницу Валя. Николай умер десять лет тому назад.

История Захаренковой столовки от Анны Чесноковой, 1952 г.р.

 Всё равно нет завершения начатой устной истории. К кому податься? Аня Чеснокова работала в интересующем меня заведении кухонной рабочей!

         

 Возвратившись из Витебска на родную Лепельщину то ли в 1975, то ли в 1976 году Аня три года отработала в Захаренковой столовке - чистила картошку, мыла кастрюли… Заведовал заведением Михаил Лукич Хватынец. Рабочий день был с 8 до 20 часов. Две постоянные смены работали поочерёдно по несколько дней. Штат смены состоял из повара, помощника повара, буфетчицы, зальной и кухонной рабочих. С Аней работали поваром Женя Медведская (живёт в Витебске), буфетчицей Нина Пузанова (умерла), зальной рабочей Нина Лазовская. Обслуживали всех желающих. Спрос был в основном на обеды. Кухонная рабочая получала 70 при минималке в 60 рублей.

История Захаренковой столовки от Владимира Григоренко, 1960 г.р.

 Мало сведений - никто не сообщил, где делась столовка. Знал, что после переноса вокзала в новое здание, его прежнее помещение перестроили под квартиры, в одной из которых жил Володя Григоренко. Но всё никак не мог на него выйти. И вдруг во время фотографирования места столовки к сохранившемуся в железнодорожной насыпи погребу подъехал Володя. Недаром народная мудрость гласит, что на ловца и зверь бежит.

     

 Володя охотно рассказал всё, что знал о большом деревянном доме, в котором размещалась Захаренкова столовка. Расположенный через стенку старый вокзал переехал во вновь построенное типовое здание в 1954 году. Высвободившуюся площадь разделили на три квартиры, в которых поселились семьи железнодорожников.

 Мать Володи, Зоя Ивановна, работала приёмосдатчиком вагонов, поэтому семье Григоренко в 1968 году улучшили жилищные условия, предоставив квартиру в Захаренковой столовке, где до них жил то ли дежурный по станции Миллер, то ли начальник станции Демиденко. Соседние квартиры занимали семьи составителя поездов Василя Мисника и мастера контейнерной станции Сеньки Лейко.

 Столовку по причине износа здания закрыли в 1981 году. В жилой половине продолжали жить семьи железнодорожников. На протяжении трёх лет помещение столовой стояло разграбленное, потом его отрезали от жилой половины, снесли, а внутреннюю разделительную стену, превратившуюся в наружную, обшили вагонкой.

 Захаренкова Столовка, как продолжали называть исключительно жилой дом, время начало разрушать. Стены покосились. Накренился и огромный сарай. В конце концов, почти развалину признали непригодной для жизни. Жильцов нужно было переселять, а некуда. Вот и ждали, пока дети сами создадут себе условия для семейной жизни, а старики умрут.

 Сеньку Лейко нашли убитым в лодке на боровском озере в 1979-м. 34-летний брат Володи, Юрка, умер в 1990-м. Их мать похоронили в 1999-м. Отец Михаил Демьянович протянул ещё шесть лет и ушёл на тот свет в 79-летннем возрасте.

 Последним жителем оставался старик Василь Мисник. Его смерти так и не дождались - в 2010 году выделили социальную однокомнатную квартиру, и жилой дом под названием Захаренкова Столовка снесли подчистую. Умер Мисник года два назад.

История Захаренковой столовки от Клавдии Пшенко, 1940 г.р.

 С каждым новым собеседником устная история Захаренковой столовки пополняется. Но главный факт так и не установлен - никто не видел лично легендарного Захаренко и ничего о нём не знает. Может, поможет бывшая буфетчица столовки Клава Горанская, которая, по сведениям Володи Григоренко, живёт по улице 2-й Сенной?

 По наводке местных жителей отыскал дом Клавы. Но он был на замке. Уже на улице Деповской встретил симпатичную стройную бабусю, и тут же в памяти встала красавица-блондинка за стойкой буфета Захаренковой столовки.

      

 Только она уже не Горанская, а Пшенко. Потрепала женщину судьба - троих мужей похоронила, и все умерли от одной болезни. Была удивлена, как я мог её узнать, если она 17 лет назад прекратила трудовую деятельность. Такую женщину и через полсотни лет узнаешь!

 В 1962 году сестра Клавы, Люба Дублинская, собралась на Целину. Недолго думая, Клава заняла её место буфетчицы в железнодорожной столовке, которую все называли Захаренковой, поскольку заведовал ей Георгий Александрович Захаренко. Эврика! Ну-ка, с этого места, пожалуйста, поподробнее.

 Завстоловой был человеком строгим, но справедливым. Работников никогда не обижал сам и в обиду другим не давал, но и спрашивал за исполнение служебных обязанностей по всем правилам. Поскольку столовая обеспечивалась продуктами из гособеспечения Орши, они были на треть дешевле, чем в лепельской кооперативной торговле. Соответственно отличалась и стоимость предлагаемых блюд у Захаренко и в городских столовках. Заведующий старался вовсю, чтобы его заведение имело приличную репутацию. Это руководителю удавалось - каждый проголодавшийся старался по возможности отобедать в Захаренковой столовке.

 Уже в 1962 году питание железнодорожников и обычных посетителей не отличалось ничем - всем готовили одинаково хорошо и из одинаковых продуктов. Но привилегии у железнодорожников всё же были. В столовой знали, сколько поездных бригад и работников станции питается у них, поэтому при стихийно возникшем повышенном спросе на какие-то блюда, прекращали их продажу клиентам и припрятывали для своих. Ещё работники железной дороги обслуживались вне очереди независимо от их служебного положения. Льготы были одинаковы: что для начальника станции, то и для рабочего по ремонту пути.

 Георгий Александрович постоянно следил за порядком в своём заведении. При приходе Клавы спиртное в столовке уже не продавалось за исключением разливного пива из огромных дубовых бочек. Оно пользовалось огромным спросом, поскольку было дешевле, вкуснее и свежее бутылочного. За пивом всегда были очереди.

 Но любители водочки под пиво выход находили - через дорогу располагался продуктовый магазин. Покупали там вино или же водку и шли распивать в столовку. Заведующий такие действа любителей «зелёного змия» не пресекал, поскольку у него покупали закуску - в магазине она была дороже и совсем не имела ассортимента. Прогони пьяниц, так и выручки не будет. А шли они в столовую не в поисках места выпить, а поесть и унести домой знаменитую выпечку: пирожки, коржики, пряники, булочки, хворост, пончики… А перед приходом алкоголь в магазине покупали попутно. Те, у кого была своя закуска, в столовую не заходили, а приземлялись во дворе жилой части общего со столовкой здания. Там хозяин Михаил Григоренко специально ставил стакан, за что ему благодарные пьянчуги оставляли пустые бутылки.

 Жил Захаренко на углу улиц Будённого и Октябрьской в сторону улицы Вокзальной (Лобанка). Его жена Феня не работала. Дочка Лидия была замужем за Метлой и работала в больнице эндокринологом, а сам Метла был хирургом. Конечно, Григорий Захаренко давно умер. Дом продали.

 Сколько было лет Григорию Захаренко, Клава сказать не может. Смотрелся он браво: высокий, худой, длинноносый. При ней оформился на пенсию и несколько лет продолжал работать. Его сменила Граховская, но проработала меньше года, заболела и ушла, поэтому имени её Клава не запомнила. После Граховской заведовать столовой стал Михаил Лукич Хватынец. При нём Клаве предложили стать заведующей железнодорожным продуктовым магазином (был ещё промтоварный). Шёл тогда 1976 год. Захаренкова столовка работала вовсю.

 Смерть Захаренковой столовки и рождение городского урочища Захаренкова Столовка или Захаренка мы уже проходили. Осталось сообщить, что место Захаренковой столовки, а точнее - пустырь между магазинами «Санталина» и «Автозапчасти», выкупил Евроторг и будет строить магазин «Евроопт». Было бы неплохо, если бы в его название включили фамилию устного героя Лепельщины.

 Ах да! Забыл показать единственную фотографию Захаренковой столовки, которую мне удалось добыть.

       

 Слева направо стоят кухонная рабочая (имя и фамилия неизвестны), помощник повара Нина Грабовская, кухонная рабочая Нина Хватынец, буфетчица Клава Горанская. Снимок 1970 года.

 P.S. Когда репортаж был уже полностью готов, случилось чудо. В Лепель из Бреста приехал наш земляк, мой друг, журналист Толя Полонский. Узнав, что я изучаю историю Захаренковой столовки, он сразу же позвонил внуку героя моего репортажа Виталию Захаренко на улицу Данукалова. Понятное дело, я тут же встретился с Виталием.

     

 Много внук рассказал про деда. Но подробный рассказ о нём войдёт в книгу «Лепельщина без прикрас». Здесь приведу только отдельные факты из биографии человека, именем которого лепельчане назвали городское урочище.

 Родился в 1905 году. Воевал кавалеристом у генерала Доватора.

      

 Дошёл до Берлина. Как воевал, отвечу словами песни: «Груди все в медалях…»

      

 Жена Фаина умерла в 1978 году.

     

 Их дочь Лидия родилась в 1933 году. Работала в Лепельской районной больнице акушером-гинекологом, эндокринологом, начмедом. Умерла в 2010 году.

     

 Внук Георгия Захаренко, Виталий, родился в 1962 году, внучка Светлана - в 1960. Успел дед даже прадедом стать.

     

 Умер заведующий знаменитой столовкой в 1986 году.

 Ну вот, очередную устную память, а вместе с ней стёртый с лица земли объект и краткую биографию хорошего человека я письменно зафисировал в истории.

 







21 апр 2014 в 18:49 — 6 лет назад

В день Победы лепельчане вышли на улицу Ленинскую к Пяточку, поздравляют друг друга с окончанием войны, желают друг другу хорошей жизни. Обыватели надеялись, что теперь государство сосредоточит внимание на благосостояние народа. Жить станет лучше и веселей. Но, увы! Горожане доели, что осталось от оккупации,а селянам нечего было доедать, им помогли съесть партизаны. У них сразу начался голод. Ведь с лета 1945г. всё, что было засеяно единолично, стало колхозным-государственным. По письму Витебского Обкома от февраля и марта м-ца была открыта Захаренкова столовая для железнодорожников с продуктами госфонда значительно дешевле кооперативной. Кстати, Лепель никогда и по сей день не допускали к Госфондам. Готовили конечно больше потребности железнодорожников, но не больше утвержденных фондов. Не фондированная была водка, пиво,знаменитое яблочное вино. Были,конечно булочки, пирожки, но всего этого не могло хватить на Лепель не то, что на район. для горожан был главный кормилец магазин Славина, в котором давали печёный хлеб по буханке в одни руки. Очередь была такая, что вам сейчас и не представить. Естественно, на всех не хватало и очередь продолжала стоять у магазина до следующего утра. Читайте "Память о прошлом" Дед всевед.


23 апр 2014 в 12:41 — 6 лет назад

Дополнение: Время было жуткое. В гончарной артели жила семья- муж делал посуду, жена- уборщица и помогала мужу и было у них трое детей-два мальчика Саша и Гриша и годовалая дочь. Своего ни чего не было, Жили на скудную зарплату. В общим не сводили концы с концами и вот однажды взяли детей и бросили мальчиков на крыльце детдома(угол Советской левая сторона и Интернациональной левая сторона}, а сами ушли с малышкой в свет как в копейку. Мальчики в скором времени с дистрофиков превратились на казённом питании в крепышей. Помню,что когда куда шли строим, то они всегда шли вмести, держась за руки. Тяжёлое было время и случай такой был не один. Может эти люди ещё живы не сами так их дети. Рассказали бы как они росли под солнцем Сталинской Конституции. Время тяжёлое было и для страны, но успешное к 1949 году была сделана и испытана атомная бомба. Дед всевед.







Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий


НА ГЛАВНУЮ